НЕРАЗРЕШИМЫЙ СПОР, КОТОРЫЙ ЛЕГКО РЕШАЕТСЯ С ПОМОЩЬЮ ЛОПАТЫ
Михаил ПЕТРОВ,
Русский институт.
В каждой ипостаси есть свой изъян. "Нашего Алешу" в действительности зовут Велло Раянгу, он сержант Эстонского стрелкового корпуса, награжденный двумя орденами Красной звезды. Его настоящую гимнастерку украшают еще медаль и нашивки за ранение.
Главный изъян в ипостаси оккупанта - местное, эстонское происхождение. Велло Раянгу, родившийся 13 мая 1916 года в Выру, правопреемный гражданин Эстонской Республики, как мы назвали бы его сегодня. Но и это еще не все: его настоящее еще не обэстоненное имя Вольдемар Тролла. Уж не швед ли он эстонского происхождения? Хорош "советский оккупант", нечего сказать!
Изъян в третьей ипостаси, образовался в ночь на 1 сентября 1994 года. Он заключен в глупой роли могильного памятника без могилы. Именно в эту ночь с надгробия над братской могилой, перед которым скорбно склонил голову Алеша-Велло-Вольдемар, исчезли бронзовые плиты с именами его товарищей, погибших при освобождении Таллинна.
Осенью 1994 года сквер закрыли на реконструкцию, а когда забор убрали, то там не обнаружилось уже и самих надгробий. Памятник без могилы превратился в бронзового истукана, который легко может вместить в себя любую символическую сущность. Для одних он стал "нашим Алешей", для других - "оккупантом". Чтобы восстановить историческую справедливость - вернуть истукану статус надгробного памятника далеко ходить не надо: во всех городских архивах, включая архив мэрии, есть документы, подтверждающие факт захоронения в сквере на Тынисмяги.
В архиве мэрии хранится схема Площади освободителей, расположенной в треугольнике между Тоом пуйестее (бульвар Каарли) и развилкой улицы Тынисмяги, утвержденная Таллиннским горисполкомом 12 июня 1945 года (протокол № 23, пункт 17), и заверенная круглой печатью Отдела по делам архитектуры города Таллинна. Схема составлена Проектным бюро Отдела по делам архитектуры, о чем свидетельствует еще одна круглая печать. На схеме четко обозначено место братской могилы - KALM (Roosid) - у той стороны треугольника, которая образована Тоом пуйестее.
В том же архиве можно получить выписку из протокола № 23 по 17 пункту повестки дня с одобрением схемы Площади освободителей. Пункт 2 решения объявляет конкурс на создание памятного знака на "братской могиле павших героев". В библиотеке городского музея на улице Вене хранится Архитектурный альманах ЭССР за 1947, в котором можно проследить эволюцию проекта "Доломит" архитектора Арнольда Аласа и скульптора Энна Рооса в монумент над братской могилой. В 1948 году авторы проекта были даже удостоены Премии Советской Эстонии первой степени.
23 сентября 1947 года газета "Советская Эстония", которую можно найти в читальном зале Научной библиотеки Академии Наук ЭР, сообщила об открытии монумента на могиле советских воинов:
"В воскресенье до 5 тысяч рабочих, служащих и учащихся города собрались у братской могилы на площади Освободителей, где похоронены 13 воинов Советской Армии, погибших при освобождении эстонской столицы от немецко-фашистских оккупантов. На этот раз у могилы, вместо небольшого временного обелиска, перед глазами собравшихся предстал огромный пирамидальный монумент".
Непонятки с надгробным памятником начались в 1978 году, когда в связи с решением Совета Министров ЭССР № 346 от 1 августа 1973 года о принятии памятника под охрану, встал вопрос о выдаче охранного свидетельства. Был составлен паспорт на Монумент освободителям г. Таллинна, характеризующий его следующим образом:
"Монумент освободителям г.Таллина воздвигнут в 1947 году на Тынисмяги на братской могиле, где похоронены 13 воинов Советской Армии павших при освобождении Таллина […] Грандиозный образ солдата-освободителя как примечательная часть данного монумента считается наиболее удачным скульптурным произведением автора за весь предыдущий период его творчества. […] Монумент освободителям г.Таллина работы Э.Рооса и А.Аласа является произведением искусства огромной исторической и общественной ценности, который положил основу традициям социалистического реализма".
Проблема заключается в том, что описание мемориала в паспорте начинается не с братской могилы, что было бы логично, а со слов:
"Монумент расположен на трапециевидном озелененном участке в конце выложенной бетонными плитами центральной дороги. Участок окружен стеной из плитняка высотой в один метр".
Объяснить это можно тем, что сама могила ничего собой не представляла в плане художественной ценности, поскольку была обозначена на местности обыкновенным цветником, а гранитные доски с именами погибших находились на монументе, что и создавало иллюзию единства могилы и памятника.
К 1980 году была закончена очередная реконструкция площади Освободителей. Со стороны памятника перед цветником были установлены каменные надгробия, накрытые бронзовыми плитами с именами павших солдат. Гранитные плиты с именами погибших на памятнике заменили бронзовыми плитами с наименованиями частей, освобождавших Таллинн (два года назад я видел эти плиты на одном из городских складов). В таком виде площадь Освободителей просуществовала до сентября 1994 года. В ночь на 1 сентября с надгробий кто-то демонтировал плиты с именами.
Газета Ohtuleht со ссылкой на информированные источники сообщила, что бронзовые плиты не были похищены ворами, а были демонтированы группой эстонских граждан, недовольных политикой мэрии в отношении "памятников оккупационного времени". Газета обещала, что плиты со временем будут переданы в музей оккупации. Из сообщения газеты следует, что Таллиннская мэрия решения о демонтаже плит не принимала. Акт вандализма был совершен самоуправно "группой неизвестных эстонских граждан". Сквер был закрыт на реконструкцию. В начале 1995 года строители убрали забор. На месте братской могилы и надгробий появился хорошо укатанный газон.
В октябре 1995 года вдоль тротуара по бульвару Каарли копали ямы под посадку деревьев и случайно вскрыли захоронение. На глубине около 50 сантиметров раскоп нарушил целостность могилы, повредив крышку гроба и выворотив наружу человеческие останки. 19 октября захоронение обследовали археологи и пришли к выводу, что оно относится к середине прошлого века и предположительно является могилой солдата или братской могилой нескольких солдат. Отчет AS Agu № 9519 с планом и фотографиями хранится в городском архиве на углу улиц Пикк и Вооримехе.
Зимой этого года я наконец-то получил сразу две архивные справки из Центрального Архива Министерства обороны Российской Федерации. В справке от 24 июля 2003 года сообщается, что фельдшер дивизиона 40 гвардейского минометного полка старшина медицинской службы Варшавская Елена Михайловна 1925 года рождения погибла 23 сентября 1944 года при освобождении города Таллинна и похоронена в усадьбе католической церкви на улице Каарли.
В отношении других справка более лаконична. Гвардии сержант Василий Давыдов похоронен "в парке г.Таллин, Эстонской ССР". Старший сержант Хапикало похоронен "в сквере базарной площади - г.Таллинн, Эстонской ССР". Местом захоронения остальных 8 военнослужащих указан город Таллинн. В картотеках учета безвозвратных потерь офицерского состава лейтенант Луканов и подполковник Колесников не значатся.
В справке от 13 августа уточняется, что командир полка гвардии майор Кузнецов Василий и парторг полка Брянцев Алексей были убиты в бою за "южную окраину Номми" (очевидно Нымме). Точное место захоронения Кузнецова и Брянцева не указано. В отношении места захоронения сержанта Давыдова уточняется, что парк с его могилой находится в квадрате 9274-б. Карту можно найти, но в этом нет особенной необходимости.
Достаточно соединить план-схему площади Освободителей (1945 год), указание на место захоронения Елены Варшавской (справка из архива) и мнение археолога (отчет 1995 года), чтобы знать, в каком месте воткнуть в грунт первую лопату. Поскольку Таллиннский городской архив, работавший по заданию мэра, не нашел подтверждения тому, что "под монументом Солдату-освободителю на холме Тынисмяги в Таллинне есть захоронение солдат Советской армии времен Второй мировой войны", то и официального разрешения на эксгумацию братской могилы не требуется.
Резонно напрашивается вопрос, а зачем нам все это нужно? Реалии сегодняшнего дня делают для нас непонятной логику тех, кто устраивал в годы Второй мировой войны братские могилы не на кладбищах, а на площадях освобожденных городов и поселков. Это была общераспространенная военная практика, в которой угадывается логика древнего магического сознания, причудливым образом соединенная совковой идеологией с некрополем у Кремлевской стены и мавзолеем Ленина. Нам еще повезло: освободителей Таллинна похоронила не на Ратушной площади, а в церковной усадьбе. У того, кто принимал решение, хватило ума устроить братскую могилу в освященной церковью земле.
Если братской могилы на Тынисмяги нет, то городские власти могут спокойно убрать оскорбляющий чувства наших парламентариев монумент на военное кладбище или же сделать с бронзовым изваянием Велло Раясалу (Вольдемара Тролла) все, что им заблагорассудится, например, пустить в переплавку. Но пусть сначала вспомнят, что именно эта скульптура положила начало традициям социалистического реализма в эстонском искусстве. Если историю собственного национального искусства городским властям не жалко, то и я наставить на дальнейшем сохранении шедевра не имею права.
Если братская могила есть, то она - неприкосновенна. Могилу следует привести в порядок, обозначить ее, восстановить надгробия и изъять из музея оккупации бронзовые плиты с именами погибших воинов и вернуть их на место. (Подозреваю, что плит в музее нет, и никогда не было, но поискать их там все же стоит.)
Омерзительно выглядят искореженные и поруганные при советской власти кресты на могилах павших в освободительной войне 1918-1920 годов. Вина за эти постыдные мемориальные жесты несмываемым пятном лежит на руководителях местных самоуправлений, выслуживавшихся перед советской властью. Если шестьдесят лет спустя мэрия Таллинна готова продолжить логику постыдных мемориальных жестов своих совковых предшественников на практике, то это значит, что до просвещенной Европы мы еще не добрались, а прочно застряли в том самом столь порицаемом нами "совке".
За два последних года я изрядно наслушался "историков", хоронивших в сквере на Тынисмяги то расстрелянных дезертиров, то бешеных собак. Сегодня наш спор можно решить только при помощи лопаты.
P.S. Кстати, отцам города следовало бы принести людям официальные извинения за надругательство над могилой, совершенное их предшественниками. Жест этот избирателями на муниципальных выборах будет оценен правильно, и на Небесах зачтется в искупление многих грехов.
[в начало]
|
